Цифровая экономика предлагает новые возможности трудоустройства: удаленная работа, дополнительная работа, работа на неполный рабочий день, работа на платформах, электронная коммерция и многое другое. Используя страны ЕС в качестве примеров, мы анализируем эти тенденции в сравнительном контексте по странам и годам.

Мы обнаруживаем, что тенденции занятости в цифровой экономике непоследовательны, с существенными различиями в уровнях проникновения в разных странах, значительным влиянием пандемии и зависят не только от уровня развития ИКТ в стране, но и от региональных и национальных моделей рынка труда в целом.

На фоне общего роста занятости, который в среднем составил 1,6% для ЕС в целом за 2021-2025 годы, мы видим существенные различия между странами как во временных рядах, так и в значениях этого показателя, варьирующихся от отрицательных значений до значений, в несколько раз превышающих средний показатель по ЕС (рис. 1).

Рис. 1. Общий рост занятости, 2021-2025 гг.

Источник: Евростат.

Процент занятых лиц, имеющих более одной работы, варьируется примерно от 1% до 12% в разных странах в период 2016-2024 годов, что может быть связано со спецификой трудового законодательства и возможностями самозанятости в разных странах.

Рис. 2. Занятые лица, имеющие более одной работы, процент лиц, имеющих более одной работы, в процентах от общего числа занятых, 2026-2024 гг.

Источник: Евростат.

При оценке уровня неполной занятости как уровня перезанятости или неполной занятости, вариации аналогичны и варьируются от 2% до 40%. На эту тенденцию сильнее влияют многие факторы, включая цифровые возможности, а также другие: от ситуации на национальных и местных рынках труда до развития платформ занятости и самозанятости в каждой стране.

Рис. 3. Доля занятости на неполный рабочий день, 2016-2024, 2025 гг.

Источник: Евростат.

Средний показатель занятости взрослых, работающих из дома, в ЕС колебался: с 4,5% в 2015 году и пиковых значений в 2020-2022 годах (из-за ограничений, связанных с COVID-19) в 10,3%, 12,4% и 11,11%, до стабильного уровня в 10% в 2025 году.

Рис. 4. Процент занятых взрослых, работающих из дома, средний показатель по ЕС, 2015-2025 гг.

Источник: Евростат.

Доля временных работников в процентах от общего числа сотрудников также колеблется от 2% до 20%, при этом средний показатель по ЕС в 2025 году составил 11,5%.

Рис. 5. Временные работники в процентах от общего числа сотрудников, 2025 год.

Источник: Евростат.

Можно сделать следующие краткие выводы.

• С учетом этих различий по наблюдаемым показателям мы приходим к выводу, что не только развитие ИКТ и цифровой экономики, но и национальные нормативные акты и пространственные модели рынка труда оказывают первостепенное влияние на тенденции занятости.
• Стабильные пространственные модели рынка труда характеризуются поляризацией между странами Юго-Востока и Севера и центральной частью ЕС.
• Влияние пандемии COVID-19 привело к увеличению удаленной работы, тенденция, которая оказалась в значительной степени временной и впоследствии стабилизировалась на умеренном ежегодном росте.
• Уровень проникновения ИКТ и развитие цифровой экономики, характеризующиеся цифровым разрывом или неравенством, могут влиять на неравенство в сфере занятости.
• Трудовое законодательство страны, регулирующее деятельность фрилансеров и самозанятых, является одним из определяющих факторов развития этой сферы занятости.

Цитирование:

Грищенко Наталья. Тенденции занятости в цифровой экономике: данные по ЕС. https://accorde.pl, 05.04.2026.